За нашим поселком, где мы жили, через степь, в двух-трех километрах находилось небольшое озерцо. Оно образовалось в связи со строительством железной дороги: строители выбирали грунт для насыпи, образовывая довольно большие ямы, которые со временем заполнились водой. Этот водоем называли «Насыпь».
И вот однажды, мы с ребятами отправились на Насыпь купаться. День был жаркий, кто пешком, кто на велосипедах, добрались до желанной прохлады. Все, кто прибыл туда, побросали свои одежды и плюхнулись в воду. Только я один остался сидеть на берегу, не снимая одежки. Нам тогда было лет 11-12. Мне тоже очень хотелось окунуться, и меня интенсивно зазывали в воду, но я не решался. Во-первых, я не умел плавать и боялся по этому поводу насмешек в свой адрес, во-вторых, я переживал, что, выйдя из воды, не обнаружу своей одежды. Там были ребята постарше и, как водится, разные конкурирующие группы. Они, бывало, подшучивали друг над другом, забирая и пряча одежду, иногда не только шутили…
Я знал, что вода принесет прохладу, знал приблизительно, где глубоко и где мелко, видел, как ребята наслаждаются, играют, толкаются, брызгаются. Мне всего этого тоже очень хотелось, но… я не решался…
Домой шли все довольные и веселые, и только один из них изнывал от жары и ругал себя за нерешительность…
Быть около воды, знать о воде, видеть чужой опыт, созерцать счастье других – это еще не значит самому насладиться прохладой и беззаботным детским счастьем от летнего купания.
Прийти, приехать, приблизиться к воде – это уже большое дело, но было очень неразумно с моей стороны, дойдя до последнего рубежа, остановиться и не перейти его.
Вы спросите: при чем здесь покаяние? Многие люди приближаются к Богу, читают Евангелие, что-то знают уже о Христе. Знают счастливых верующих людей, купающихся в благодати Божией, но поступают точно так, как описано выше, и так и уходят, не испытав прохлады, успокоенной совести, не ощутив счастья прощения грехов, и не услышав нежного голоса в сердце: «Иди с миром, вера твоя спасла тебя».
Каково оно, это покаяние? Пришел я к этим размышлениям, благодаря беседам с людьми, приближающимися к Богу, которые хотели бы знать где, как и когда можно покаяться, но до конца не понимая, что значит покаяться.
На первых порах после крещения, я не мог ответить на вопрос: когда я покаялся. Сколько я себя помню, я всегда знал, что Бог есть, но когда покаялся?..
Может быть в раннем детстве, когда во сне увидел Бога (конечно же, это детское, наивное представление), после которого я испытал большую радость и подъем настроения, коим я немедленно поделился с мамой. Понимания не нашел, мол, что это еще за «увидел Бога». Она мыслила по-взрослому, я по-детски, совсем по-детски…
Может быть, я покаялся не в столь раннем, но все еще в детстве, когда все уже спали, а я долго не мог уснуть, вставал под одеялом на коленки и молился: «Прости мои грехи и погрешности»? Эту фразу я услышал в одном военном фильме, когда разведчик вошел в церковь во время молитвы. Мне эта формулировка очень понравилась, и я стал так молиться. Что-то я еще говорил, но мне казалось, что надо что-то еще сделать. Тогда я стал креститься, я совсем не заботился о том, правильно ли я это делаю или нет, тем более что я левша. Наверно я это тоже подсмотрел в кино, больше негде было. На людях тогда никто открыто не крестился, а в среде, где я рос, такое не практиковалось.
В те чистые детские времена мне хотелось как-то угодить Богу, и я практиковал все, что было для меня доступно…
А может мое покаяние произошло, когда я пришел домой после молодежного христианского общения, встал на колени за закрытыми дверями и горячо молился? Или, когда признался перед военкомом, что я верующий, за что и отправился на Север?
Проанализировав все эти события, я пришел к выводу, что все это время приближался «к воде» и уже достиг берега, но все еще не решался «плюхнуться в воду». И только в казарме передо мной, во весь рост, встал вопрос: я чей? Как говаривали в старину: «Чьих будешь»? Я верующий или неверующий, я Божий или нет. Как я буду жить два года на виду у всех?.. Тогда и произошло это судьбоносное решение, о котором я еще ни разу не пожалел за прошедшие пятьдесят лет…
«Покайтесь и обратитесь», – советует апостол Петр. Другими словами, попросите прощение у Бога и принимайте решение следовать за Ним, подобно тому, как блудный сын покаялся и принял решение идти к отцу.
Зачем я здесь так подробно о собственной персоне? Подозреваю, что многие дети, выросшие, как и я, в среде верующих, вместо осознанного решения ждут особого мистического момента для покаяния, особого наплыва чувств. Не находя этого в себе, откладывают решение на неопределенное «потом», или мучаются сомнениями: правильно ли я покаялся.
Когда я начал ходить в церковь, мне хотелось увидеть покаяние на практике. Однажды был очень настойчивый призыв, и вышла вперед к кафедре пожилая, с точки зрения 17-летнего парня, женщина. Она давно уже была верующей, и о чем она молилась, я не слышал. Я был разочарован, конечно, я не сомневаюсь в ее искренности, но я ожидал чего-то необыкновенно, таинственного чуда, ослепляющего света, как у Савла по дороге в Дамаск, гласа с неба и глубокой, мгновенной перемены…
Потом мне предстояло понять, что покаяние сначала происходит глубоко в сознании или, по-библейски, в сердце. Потом оно прорывается наружу, и далеко не всегда, как мы привыкли и приняли, как канон, в церкви публично и у кафедры. Это тихое, но решительное действие может произойти в казарме после отбоя, в тюрьме на нарах, может на больничной койке, может дома с родителями или в кабинете у пастора, на кресте рядом с Христом, по дороге в Дамаск и еще в сотнях разных вариантах. Оно может сопровождаться бурными эмоциями при свидетелях и тихим стоном, умирающего в одиночестве, страдальца.
Но во всех этих случаях должно присутствовать осознанное решение: «Ты спас меня, Господи, я Твой и пойду за Тобой»!
Может быть, эти размышления помогут кому-нибудь снять ореол таинственной недосягаемости и просто обратиться к Господу, Который недалеко от каждого из нас!
Сентябрь 2026. Г. Берг.